Главная страница
qrcode

Ворон. Перевод


НазваниеПеревод
АнкорВорон.pdf
Дата27.03.2017
Размер8.85 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаVoron.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#15265
страница1 из 6
Каталогid179041047

С этим файлом связано 71 файл(ов). Среди них: Andrey_Razumov_Podpis_Imperatora.pdf, План формирования Регионального отделения парти...doc, Программа и аргументация..doc, ЗОЛОТАЯ КОЛЛЕКЦИЯ ЕВРОДЭНСА от 12.07.xlsx, Масонство, культура и русская история. 1..doc, Как сегодня быть православным.doc, иером.Серафим Роуз - Душа после смерти. doc.doc, 0e-9MlLwCc.jpg, molitva_Valyaev_m_khor.pdf и ещё 61 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6
ВОРОН
Перевод //.
Фарфель
Когда человек умалчивает о дарованпых ему благах и держит их втайне, не имея на то весомой причины, он, по моему разумению, проявляет себя неблагодарными недостойным этих благ. О, сколь мерзок, сколь нежелателен для Господа нашего, сколь низок в глазах людских такой поступок, подобный злобному пламени, иссушающему родник милосердия И дабы никому неповадно было упрекать меня за такое сокрытие, я вознамерился рассказать в этом скромном сочинении об особой милости, ниспосланной мне отнюдь пе за мои заслуги, а по благоволению матери божьей, вымолившей на то согласие у спасителя. Сделав это, я не только уплачу хотя бы часть долга, по также, без сомнений, сумею принести пользу моим читателям. А потому смиренно молю того, кто вложил мпе в уста пужные слова и одарил величайшими благами, как это будет видно из последующего, чтобы оп просветил мой разум и направил мою руку, позволив мне тем самым написать нижеследующее, ибо это принесет величайшую честь и славу его святому имении послужит на пользу п утешение тем, кому случится прочитать эти строки, а иного быть не должно.
Однажды, немного дней тому назад, сидел я в своей одинокой келье, единственной свидетельнице моих слез
вздохов и сетований, погружепный, далеко пе впервые, в размышления о превратностях плотской любви. Возвращаясь мыслями к тому, что уже миновало, обдумывая наедине с собой каждый свой поступок и каждое слово, понял я, сколь незаслуженно жестоко обошлась со мной такого я, безумец, избрал своей единственной госпожой, кого любил более самой жизни, кого почитали ставил превыше всех. И когда мне ясно представились все обиды и оскорбления, нанесенные мпе безо всякой моей вины, все во мне возмутилось и прежние вздохи, стенания и тихие слезы сменились горькими рыданиями. Охваченный глубокой скорбью, терзаясь то собственным безрассудством, то дерзкой жестокостью моей возлюбленной, я наконец пришел к заключению, что смерть менее страшна, нежели такая жизнь, и стал призывать ее в страстном желании умереть долго и тщетно звал я, пока не понял, что она, беспощадная, бежит того, кто более всего к ней стремится, и решил, что силой заставлю ее увести меня из этого мира.
Но не успел я принять решение, как весь облился холодным потоми жалость к самому себе, а вместе с нею страх перед иной, еще худшей жизнью, ожидающей меня после этого поступка, охватили меня с такой силой, что тотчас же разрушили и уничтожили намерение, казавшееся столь твердым. Тогда я еще горше прежнего стал плакать и рыдать, и ко мне опять вернулась жажда смерти, изгнанная было страхом передней. И вновь я прогнал ее, и вновь заливался слезами до тех пор, пока среди этого смятения меня не озарила мысль, ниспосланная, должно быть, самим небом, и мой измученный разум, исполнившись состраданием, стал рассуждать так:
О глупец К чему привело тебя пеумеппе, пли, вернее, нежелание мыслить Или ты по слепоте своей винишь других в жестоком с тобой обращении, не видя, что сам повипен в своих жестоких муках Эта женщина, которой ты, сам того не заметив, подарил свою свободу, закованную вцепи, стала, ио твоим словам, злополучной и горестной причиной твоих печальных размышлений. Ошибаешься в тебе самом, а не в ней причина твоих мук. Объясни, каким образом она заставила тебя полюбить ее. Объясни, какое оружие, какие законы, какую силу она применяла, чтобы заставить тебя плакать и стенать. Не можешь ты этого объяснить, потому что
этого пе было. Может быть, ты скажешь Она должна была полюбить меня, ибо знала, что я ее люблю а раз она меня не полюбила, она стала нричнной моей скорби. Вот как она довела меня до слез и мучений н продолжает мучить. Но этот довод ничего не стоит.
Что, если ты попросту ей не нравишься Как можно полюбить того, кто не правится А следовательно, если ты полюбил особу, коей тыне нравишься, неона виновата в последующих твоих невзгодах, а только ты сам, ибо не сумел сделать правильный выбор. Итак, ты жалуешься, что тебя не любят, но нричииа этого в тебе самом. Зачем же випить другого, если сам нрпчшшл себе зло Любой судья справедливо осудит тебя на суровую кару зато, что ты столь дурно обошелся с самим собой но так как эта кара не послужит тебе утешением, а только прибавит страданий, незачем сейчас обращаться к правосудию.
Теперь разберемся, чем же ты так жестоко провинился перед собой Человек совершает поступки либо па радость себе, либо на радость другим, либо на радость и себе, н другим, либо себе или другим на горе. Посмотрим, радость или горе принесли тебе поступки, совершенные тобой в ослеплении. Радости, без сомнения, не было, ибо останься ты доволен, ты бы сейчас не сетовали не рыдал.
Остается узнать, было ли твое горе радостью или горем для других Но других ив помине нет, кроме той, из-за кого ты страдаешь. Она же, иесомнепно, либо тебя любит, либо ненавидит, либо не чувствует ни того, ии другого. Ежели любит — твои страдания ее печалят и огорчают. А разве тыне знаешь, что, доставляя любимой печаль и огорчения, любви пе добьешься и не удержишь, а только вызовешь отвращение и неприязнь Непохоже, чтобы ты так дорожил любовыо этой госпожи, как уверяешь, если с таким упорством поступаешь ей наперекор, да еще грозишься сделать кое-что и похуже.
Ежели она тебя пенавндит, а ты еще неокончательно обезумел, тебе следует откровенно признать, что осчастливишь ее, если повесишься как можно скорее. Или тыне видишь изо дня вдень, как человек из ненависти к другому попирает законы божеские и человеческие и готов лишиться имущества и даже самой жизни, лишь бы растоптать ненавистного истереть его с лица земли о

II чем сильнее тот скорбит и печалится, тем больше веселье и ликование его врага.
Стало быть, ты плачешь, горюешь и сетуешь иа счастье той, кто тебя ненавидит. А кто же, какие глупец, тот, кто радуется счастью своего врага Ну, а если она не чувствует к тебе ни любви, ни ненависти и пет ей до тебя никакого дела кому тогда нужны твои слезы, вздохи и столь жгучие страдания С таким же успехом ты мог бы взывать к балкам в потолке. Зачем же терзаться, зачем призывать смерть, которая тоже, по-видн- мому, невзлюбила тебя и не спешит на помощь Видно, ты еще не познал всей сладости жизни, если сгоряча жаждешь расстаться с нею и не подумал, насколько вечные муки будут страшнее твоей сумасбродной любви ибо любовные мучения, их сила, зависят от тебя самого и ты сможешь от них избавиться, как только решишься наконец стать мужчиной, а от вечных мук нет избавле- ния.
Итак, прогопи эту безумную жажду смерти, откажись от нее ие стремись лишиться в одночасье того, чего еще ие имел, заслужить вечную муку и тем самым осчастливить ту, кто тебя ненавидит. Постарайся дорожить жизнью и продлить ее, сколько возможно. Кто знает, доживешь ты или нет до того дня, когда твоя обидчица подаст тебе повод для смеха Никто. Но одно ясно каждому — любая надежда иа месть или иную отраду, доступную живому, отнимется упас после смерти. Итак, живи, и если она, коварная, делает жизнь твою несносной и заставляет желать смерти, огорчи ее, в свою очередь, тем, что остался в живых!
Какие чудеса творит небесное утешение, когда писхо- дпт в смертный разум Мысль, посланная, как я думаю, милосерднейшим отцом и светочем жизни нашей, рассеяла мрак, застилавший мой рассудок, вернула ему острое и верное зрение, и тогда предо мпою со всей ясностью предстало мое заблуждение и я не только устыдился его, но даже, исполненный раскаяния, заплакали беспощадно стал бранить себя, понимая, что я еще ничтожнее, нежели ранее полагал. Но когда высохли слезы презрения и жалости к себе, я решил расстаться с уединением, вредным для нездорового рассудка, и вышел из своей кельи с лицом настолько спокойным, насколько позволяло пережитое мною душевное смятение. После иедолгнх поисков нашел я общество, наиболее полезное для человека, обуреваемого страстями как было исстари упас заведено, мы собрались в приятнейшем для беседы месте и тотчас же принялись разумнейшим образом толковать о непостоянство Фортуны и о глупцах, что бросаются в ее объятия, пылая желанием, н безрассудно вверяют ей все своп надежды, полагаясь на ее устойчивость. А затем перешли мы к извечным законам природы, к ее удивительному, достойному всяческого восхваления порядку, который тем реже вызывает наш восторг, чем чаще встречаем его в обычной жизни, сами того не замечая. После этого заговорили мы о законах божественных, из коих самая малая толика доступна пониманию мудрейших умов, настолько превышают они наш смертный разум. В таких возвышенных, прекрасных и благородных рассуждениях провели мы остаток дня наступившая ночь вынудила нас прервать их, и я, насытившись нищей духовной, отогнав от себя и чуть ли ие позабыв былую скорбь, спокойно вернулся к себе домой. Там вкусил я немного привычной нищи, а затем большую частьночи припоминал сладость недавних бесед и с неизъяснимым наслаждением вновь и вновь мысленно возвращался к ним, пока наконец природа не взяла верх над приятными воспоминаниями, и я безмятежно успул, и сон завладел моими чувствами тем сильнее, чем больше времени отняли у него отрадные мои мечтания.
И вот в то время как я крепко спал, враждебная Фортуна, не довольствуясь ударами, нанесенными мне наяву, вздумала терзать меня и во сне итак как воображению, неподвластному сну, могут предстать любые видения, почудилось мне, что я иду ио восхитительно красивой троне, услаждающей зрение и остальные чувства более, чем все когда-либо виденное мпою. Окружающая местность была мне незнакома, ио меня это пе тревожило, настолько хорошо там было. Право, чем дальше шел я вперед, тем больше радовался, ибо надежда подсказывала мие, что в конце пути меня ждет неизведанное доселе счастье. Я загорелся столь пылким желанием поскорее очутиться у цели, что не только ноги понесли меня бегом, но даже, мнилось, выросли за плечами быстролетные, чудом дарованные крылья, и к на них мчался все быстрее и быстрее, пока ие увидел, что тропа изменила свой вид. Зеленые травы и бесчисленные цветы сменились тисовыми зарослями, крапивой
волчцами, чертополохом и тому подобными растениями а обернувшись, я увидел, как мне вослед клубится туман, столь густой и темный, что вскоре ничего кругом не стало видно. Туман этот внезапно окутал меня, не только препятствуя дальнейшему полету, но и вовсе лншив меня надежды наобещанную усладу. Мне казалось, что я долго простоял неподвижный и растерянный, прежде чем решился паконец осмотреться п понять, где я нахожусь.
Тут туман стал редеть, а небо потемнело с наступлением ночи, и я понял, что полет занес мепя в безлюдную пустошь, мрачную и суровую, заросшую дикими растениями, колючками и сучковатым кустарником, без троны или bдороги, окруженную крутыми н столь высокими горами, что, казалось, вершины их упираются в небо. Как нн смотрел я вовсе глаза, как пи напрягал свою мысль, я не мог понять или догадаться, как я сюда попал н, что всего ужаснее, как я отсюда выберусь н вернусь в знакомые места. К тому же, куда бы я нн повернулся, со всех сторон неслись завывания, вопли и рыканье каких-то страшных зверей, коих, судя по виду местности, здесь водилось немало. Тут скорбь п страх в равной мере завладели душой моей скорбь непрестанно нагоняла мне на глаза слезы, а на уста — вздохи и сетования. Страх мешал принять решение, к какой из гор направиться, дабы уйтн из этой долины, ибо каждая пз них, казалось, грозила смертью. Так стоял я, недвижим, без совета и помощи, не ожидая ничего, кроме смерти от голода или от клыков свирепого зверя, обливаясь слезами, среди колючего кустарника и иссохших растепнй н либо молчаливо сетовал на себя зато, что пустился в путь, не предвидя конца, либо взывал к помощи божьей.
И когда я совсем было утратил надежду и весь промок от слез, я увидел, как стой стороны, откуда иад этой скорбной долиной восходит солнце, медленным шагом идет ко мне какой-то человек, однн-одинешенек. Человек этот, как я разглядел, когда он подошел поближе, был рослым, смуглыми черноволосым, хотя годы частично и посеребрили его голову, ибо лет ему было на вид около шестидесяти или более того был он сухощав н крепок, по чертами не очень приятен па пем было длинное, просторное одеяние ярко-красного цвета, и, несмотря на сумрак, я заметил, что никогда столь яркий цвет
ие выходил из-под рук наших красильщиков. Человек этот, как я уже сказал, медленно приближался, вселяя в меня и страхи надежду. Страх вызывала мысль, что земля, где я очутился, принадлежит ему и оп, негодуя иа присутствие чужого, натравит на меня послушных ему зверей и велит растерзать меия в отместку за вторжение. Надежда жена спасение проистекала из того, что по мере его приближения мне открывалась кротость его лица и чем больше я вглядывался в него, тем больше мне казалось, что я его уже видел, но ие здесь, а в ипом месте, и я говорил себе Должно быть, человеку этому знакомы здешние места ион укажет мне выход отсюда, а может быть, сам благосклонно проводит меня к этому выходу, если в нем теплится дух милосердия И пока я раздумывал таким образом, оп, все еще безмолвствуя, приблизился ко мие настолько, что я окончательно рассмотрел его лицо и вспомнил, кто он таков и где я его видел но тщетно напрягал память, дабы вспомнить, как его зовут, полагая, что если я, взывая к его милосердию и умоляя помочь, обращусь к пему по имении тем самым покажу, что хорошо его знаю, я быстрее и вернее вызову у него желание исполнить мою просьбу.
Но в то время как я безуспешно силился вспомнить его имя, он приятным голосом назвал мое и добавил Какая злая судьба, какой злой рок привел тебя в эту пустыню Куда исчезла твоя прозорливость Куда делась способность рассуждать Ужели тыне видишь, если рассудок твой ясен, как прежде, что эта долина сулит смерть телу и, что того хуже, гибель духу Зачем ты пришел Как ты осмелился сюда явиться?
Услышав эти слова и поняв ио выражению лица его, что он мне сочувствует, я не смог сладить с собой и ответить и проникся такой жалостью к себе, что снова зарыдал. Потом, когда эта жалость излилась в слезах, я собрался с духом и ответил слабым голосом и не без стыда Думается мпе, что обманчивый соблазп бренных радостей, который не раз сбивал с пути и толкал навстречу опасностям людей куда более рассудительных, чем я, привел мепя сюда, не дав опомниться, и вот я стою в беспросветном мраке, охваченный пепомерпой скорбыо и лишенный малейшей надежды. Но если
Господь в милосердии своем позволил мне, недостойному, встретить тебя и если ты тот, кого я, мнится, уже много раз встречал вином месте, ив тебе есть хоть капля человечности, то я заклинаю тебя любовью к нашей общей отчизне, а также именем создателя всего сущего — сжалься надомной и укажи, как мне выбраться нз этой страшной долины ибо я здесь вовсе обессилели уже не знаю, живя или мертв.
Он, как мне показалось, усмехнулся про себя, аза- тем молвил По виду н словам твоим я тотчас же заключил бы, что ты потерял рассудок и не различаешь, жив ты или мертв, если бы уже не узнал об этом другим путем будь ты в здравом уме, ты помнил бычьи очи озарили светом, как у вас говорится, тот путь, что казался столь прекрасными привел тебя сюда и, зная, чем были эти очи для меня, тыне осмелился бы умолять меня снасти тебе жизнь, а, напротив, завидев меня, бросился бы бежать, дабы не лишиться ее совсем. И будь ятем, кем был прежде, не помощь оказал бы я тебе, а напугал бы и ирнбил, ибо ты сделал все, чтобы это заслужить. Пос тех пор как я был отринут от вашей земной жизни, гнев мой сменился милосердием, и поэтому я не отвечу отказом на твою просьбу о помощи.
Я слушал его с величайшим вниманием, и когда оп сказал Я был отринут от вашей земной жизни — я внезапно понял, что он не тот, кем я его считала только тень его, и холодная дрожь пробрала меня до костей, а волосы стали дыбом не в силах молвить слово, я только хотел бежать прочь, когда бы мог. Но как часто бывает во сне, когда чудится, что ты должен бежать, и низа что не можешь пошевелиться, так случилось и со мной в моей грезе казалось, ноги мои отнялись и я стою недвижим. Новый испуг был так силен, что я. наверное, проснулся бы, не будь мой сон столь удивительно крепок и, скованный страхом, не зная, что сказать, что ответить, я не двигался с места. Дух, видя это, молвил с улыбкой Оставь сомнения говори со мной откровенно, доверься мне, и я выведу тебя отсель, ибо у меня нет злобы против тебя.
Речи его привели мне на намять все, что могут сделать души усопших на благо человеку, и это вернуло мне былое спокойствие я поднял голову и смиренно
взмолился, чтобы оп поскорее вывел меня отсюда, пока ничто не препятствует но он сказал Еще не наступило время исполнить твою просьбу знай, что доступ в сию долину открыт всякому, кого влекут сюда сладострастие и безрассудство, ио уйти отсюда нелегко, и для этого тебе потребуются и разум, и мужество а обрести их можно лишь с помощью того, кто повелел мне сюда явиться.
Тогда я молвил Если у нас еще есть время и мы ие спешим уйти, я бы хотел, если позволишь, кое о чем спросить тебя.
Он благосклонно ответил Спрашивай, что хочешь, а там и я возьмусь за расспросы, да и сам немало расскажу тебе.
И я, немедля, сказал ему Два вопроса в равной мере беспокоят меия, и каждый хочется задать первым, а потому я задам оба сразу прошу тебя, ответь, что это за долина, служит ли она тебе пристанищем или же просто никто, однажды попав сюда, уже не может ее покинуть а затем открой мне, по чьему велению ты сюда явился, дабы оказать мие помощь.
Он ответил По-разиому называют эту местность, и каждое название ей подходит одни зовут ее Лабиринтом любви, другие — Очарованным долом, кто — Свинарником Венеры, а кто — Юдолью скорби и вздохов, и еще по-вся- кому, кто так, а кто этак, как кому придется по вкусу.
Она не является моим пристанищем, ибо смерть, навстречу коей ты стремишься, уже завладела мпою и держит меня в узилище. По суровости своей оно не уступает этой долине, но затоне столь опасно, как она и да будет тебе известно, что тот, кто ио недомыслию попадет сюда, никогда не сможет уйти, пока свет небесный не придет ему на помощь и тогда, как я говорил, потребуются ему и разум, и мужество.
Я сказал О, молю тебя именем Господа, властного исполнить самые пылкие желания, ответь мне еще на один вопрос. Ты сказал, что обитаешь в каком-то месте, еще более суровом, нежели сия долина, ноне столь опасном. Твои слова и собственная память подсказали мне, что ты уже не живешь в нашем мире. Где же ты пребываешь Ужели ты навеки заключен туда, где нет надежд на искупление
Или паходишься там, где надежда сулит тебе спасение, хотя бы отдаленное Ежели ты заключен в той вечной темнице, то ойа, несомненно, страшнее этой долины но как может она быть менее опасной А если ты обретаешься там, где есть еще надежда на покой, что означают твои слова, будто там тяжелее, чем здесь Я нахожусь ответил дух в том месте, где мне непременно будет ниспослано спасение. Вот потому оно менее опасно, чем эта долина, ибо того, кто тут согрешит, ожидает еще худшая участь, а это постоянно случается. И тот, кто упорствует в грехе, а таких немало, будет заключен вглухую темницу, куда свет небесный никогда не проливает благодати и милосердия, по вечно пылает неумолимыми жестоким возмездием, на горе и беду всем, кому дано это видеть и понять.
Нет сомнений, место моего пребывания, как я сказал, пастолько мрачнее, нежели эта долина, что если бы радостная надежда на будущее не помогала мне и другим подобным страдальцам, там умирали бы даже бессмертные духи. И дабы ты хоть отчасти понял, какова моя доля, узнай, что одежда, удивившая тебя при нашей встрече и непохожая на ту, что я носил среди живых, ибо у вас так одеваются люди, достигшие высокого иоложепия, не соткана руками человеческими, но сотворена из небесного пламени, столь яростного и жгучего, что земной огонь, по сравнению с ним, холоден как лед. Пламя это иссушило меня в такой степени, что ни угольника- мень, обожженные в ваших печах земным огнем, но уподобятся по сухости моему телу. Поэтому жажда моя так неистова, что если бы все ваши реки слились воедино и потекли в мою глотку, они утолили бы ее небо- лее, чем жалкий ручеек. Несу я такую кару но двум причинам одпа — это безмерная алчность к деньгам, коей пылал я при жизни, другая — недостойное терпение, с которым я сносил подлые и бесчестные поступки той, кого тебе лучше было бы никогда не видеть. А теперь оставим до времени разговоры о тяготах моего обиталища, коим ионстиие уступают здешние, если не считать, что тут все творится во вред, там же все идет на благо.
Сейчас я тебе отвечу на второй вопрос, чтобы вернуть силы твоей оробевшей душе да будет тебе известно, что разрешил мне, а вернее — повелел, сюда явиться преблагой создатель всего сущего, тот, по чьей воле всо
  1   2   3   4   5   6

перейти в каталог файлов


связь с админом